Выделим основные виды речи человека. Это - устная и письменная речь, диалогическая и монологическая речь, внешняя (звучащая и осознаваемая) и внутренняя (не сопровождаемая звуками и не осознаваемая) речь. Определим кратко все обозначенные выше виды речи.Устной называется речь, при помощи которой люди непосредственно общаются друг с другом, произнося определенные наборы звуков, ассоциируемые с теми или иными известными по опыту предметами или явлениями. Эти наборы звуков через соответствующие колебания давления воздуха передаются и воспринимаются другими людьми на слух. Устная речь не предполагает использования знаков, изображаемых на каких-либо материальных носителях и воспринимаемых зрительно или на ощупь (как, например, знаки письма для слепых людей).Письменной называют речь, основанную на изображениях символов (знаков, букв, иероглифов) на каких-либо материальных носителях: на папирусе, пергаменте, бумаге, экране монитора, на любом другом зрительно воспринимаемом материале. Письменная речь имеет образную основу, в ней для передачи содержания высказывания используются какие-либо изображения.Диалогическая - это речь, в которой участвуют как минимум два человека. Каждый из них произносит реплику, адресованную другому человеку или нескольким людям; их собственные речевые высказывания в свою очередь выступают как реакции на реплику данного человека.Монологическая - это речь, принадлежащая только одному человеку, произносимая с начала и до конца только им самим. Например, это может быть текст, написанный одним человеком, речь, произносимая одним человеком и не прерываемая репликами других людей. Устным монологом является выступление какого-либо человека перед публикой.Диалог предполагает многократное прерывание речи данного человека высказываниями других людей; при этом реплики каждого из участников диалога выступают как речевые реакции на высказывания других людей и без этого могут оказаться непонятными слушающим или читающим данный диалог. Монолог, в свою очередь, не предполагает какой-либо речевой реакции со стороны воспринимающего его человека и должен быть понятным сам по себе.Как диалог, так и монолог могут быть, соответственно, устными или письменными. В устном диалоге, например, человек может произносить речь от имени двух или нескольких разных лиц, последовательно меняясь с ними ролями (если в таком обмене речевыми репликами участвуют более двух человек, то их совместный разговор называется полилогом). Так часто делают актеры. Различные формы письменного диалога нередко воспроизводят в своих литературных произведениях писатели.Внешней (звучащей, осознаваемой) называют такую речь, которая осознается самим говорящим человеком и которая также воспринимается другими людьми. В повседневном деловом, бытовом и других видах общения мы постоянно пользуемся этой речью для обмена информацией друг с другом.Внутренняя речь - это особая разновидность речи, которая участвует в управлении только внутренними, психологическими процессами, происходящими в голове человека. Эта речь имеет свои особенности и свои, специфические функции. Рассмотрим их подробнее и проиллюстрируем соответствующими конкретными примерами.Внутренняя речь - это прежде всего беззвучная речь. Когда человек пользуется данным видом речи, он не произносит вслух слова и не производит никаких звуков, которые могли бы восприниматься им самим или окружающими людьми. Процесс порождения этой речи представляет собой полностью внутренний процесс, не имеющий очевидных внешних проявлений. Внутренняя речь является неосознаваемой. Когда человек пользуется внутренней речью, он сам этого факта не осознает и в связи с этим не может сказать, какие слова, фразы и т.п. он произносит во внутренней речи. Отсюда следует, например, что процесс своей внутренней речи человек сознательно контролировать не в состоянии. Внутренняя речь имеет свою, особенную структуру, отличающую данную речь от других разновидностей речи. Она, во-первых, является предикативной. Это означает, что во внутренней речи имеются только слова и выражения, относящиеся к предикату высказывания, и практически нет слов и выражений, относящихся к субъекту высказывания. Во-вторых, внутренняя речь является агглютинированной. Внутренняя речь используется человеком только для организации собственного мышления и для управления своими психическими процессами, состояниями и поведением. Она никогда не применяется как средство обмена информацией или общения между людьми. Это не значит, что человек не в состоянии передавать другим людям то, что существует на уровне его внутренней речи. Но делает он это не с помощью внутренней речи как таковой, а при помощи других разновидностей речи, в частности тех, о которых мы говорили выше. Внутренняя речь может переходить в другие виды речи, и процесс этого перехода также в основном является внутренним.
МИНИСТЕРСТВО ОБОРАЗОВАНИЯ И НАУКИ
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Государственное
образовательное учреждение
высшего
профессионального образования
«Московский
государственный лингвистический
университет»
Кафедра
психологии и педагогической антропологии
Реферат
по Педагогической антропологии на тему:
«Внешняя
и внутренняя речь»
.
Выполнила:
Студентка
2-го курса
факультета
французского языка
группы
0-3-1
Самбурова
Валентина
Руководитель:
Тукаленко
Татьяна Юрьевна
Москва
2011
Оглавление
Введение
………………………………………………………….
2
1. Соотношение
мышления и речи ………………………..... ....
4
2. Внешняя
речь.............................. .............................. ............
6
3. Внутренняя
речь.............................. .............................. .......
8
Список
использованной литературы.............................. .........
10
Введение
Речь
- сложившаяся исторически в ходе материальной
преобразующей деятельности людей форма
общения, опосредованная языком, - посредством
языковых конструкций, создаваемых на
базе определенных правил. Язык в действии.
Правила языкового конструирования имеют
этноспецифические особенности, выражаемые
в системе фонетических, лексических,
грамматических и стилистических средств
и правил общения на данном языке. В речи
представлены внешний, чувственный, а
также внутренний смысловой аспекты. Из
сигналов и знаков каждый партнер по общению
вычерпывает их содержание. Иначе, в ходе
общения речевого происходит непрерывное
кодирование и раскодирование информации.
Речь содержит процессы порождения и восприятия
сообщений для целей общения или, в частном
случае, для целей регуляции и контроля
собственной деятельности (речь внутренняя,
речь эгоцентрическая). Большинство отечественных
психологов рассматривает речь как деятельность
речевую, выступающую или как целостный
акт деятельности (если она имеет специфическую
мотивацию, не реализуемую другими видами
деятельности), или как действия речевые,
включенные в неречевую деятельность.
Структура деятельности речевой или действия
речевого в принципе совпадает со структурой
любого действия - содержит фазы ориентировки,
планирования (в форме «внутреннего программирования»),
реализации и контроля. Речь бывает активной,
конструируемой каждый раз заново, и реактивной
- цепочкой динамических речевых стереотипов.
В условиях спонтанной устной речи сознательный
выбор и оценка используемых в ней языковых
средств сведены к минимуму, тогда как
в речи письменной и в подготовленной
устной речи занимают значительное место.
Различные виды речи строятся по специфическим
закономерностям: так, речь разговорная
допускает значительные отклонения от
грамматической системы языка; особое
место занимает логическая и тем более
художественная речь. Почти у всех видов
животных есть способы передачи информации,
посредством коих можно сообщать об опасности,
привлекать внимание потенциального брачного
партнера или запрещать проникновение
на свою территорию. Но эти сигналы всегда
связаны с некоей сиюминутной ситуацией.
По-видимому, ни одно животное, кроме человека,
не способно передавать информацию, не
относящуюся к текущему моменту.
Речь
выполняет определенные
функции:
1)Функция
воздействия
заключается в способности
человека посредством речи побуждать
людей к определенным действиям или отказу
от них.
2)Функция
сообщения
состоит в обмене информацией
(мыслями) между людьми посредством слов,
фраз.
3)Функция
выражения
заключается в том, что, с
одной стороны, благодаря речи человек
может полнее передавать свои чувства,
переживания, отношения, и, с другой стороны,
выразительность речи, ее эмоциональность
значительно расширяет возможности общения.
4)Функция
обозначения
состоит в способности
человека посредством речи давать предметам
и явлениям окружающей действительности
присущие только им названия.
Соответственно
множеству своих функций речь
является полиморфной деятельностью,
т.е. в своих различных функциональных
назначениях представлена в разных
формах и видах: внешней, внутренней,
монолога, диалога, письменной, устной
и т. д.
1.
Соотношение мышления
и речи
На
протяжении всей истории психологических
исследований мышления и речи проблема
связи между ними привлекала к
себе повышенное внимание. Предлагаемые
ее решения были самыми разными -
от полного разделения речи и мышления
и рассмотрения их как совершенно
независимых друг от друга функций
до столь же однозначного и безусловного
их соединения, вплоть до абсолютного
отождествления.
Многие
современные ученые придерживаются
компромиссной точки зрения, считая,
что, хотя мышление и речь неразрывно
связаны, они представляют собой
как по генезису, так и по функционированию
относительно независимые реальности.
Главный вопрос, который сейчас,
обсуждают в связи с данной
проблемой,- это вопрос о характере
реальной связи между мышлением
и речью, об их генетических корнях
и преобразованиях, которые они
претерпевают в процессе своего раздельного
и совместного развития.
Значительный
вклад в решение этой проблемы
внес Л. С. Выготский. Слово, писал он,
так же относится к речи, как
и к мышлению. Оно представляет
собой живую клеточку, содержащую
в самом простом виде основные
свойства, присущие речевому мышлению
в целом. Слово - это не ярлык,
наклеенный в качестве индивидуального
названия на отдельный предмет. Оно
всегда характеризует предмет или
явление, обозначаемое им, обобщенно
и, следовательно, выступает как
акт мышления.
Но
слово - это также средство
общения, поэтому оно входит в
состав речи. Будучи лишенным значения,
слово уже не относится ни к
мысли, ни к речи; обретая свое значение,
оно сразу же становится органической
частью и того и другого. Именно в
значении слова, говорит Л. С. Выготский,
завязан узел того единства, которое
именуется речевым мышлением.
Однако
мышление и речь имеют разные генетические
корни. Первоначально они выполняли
различные функции и развивались
отдельно. Исходной функцией речи была
коммуникативная функция. Сама речь
как средство общения возникла в
силу необходимости разделения и
координации действий людей в
процессе совместного труда. Вместе
с тем при словесном общении
содержание, передаваемое речью, относится
к определенному классу явлений
и, следовательно, уже тем самым
предполагает их обобщенное отражение,
т. е. факт мышления. Вместе с тем
такой, например, прием общения, как
указательный жест, никакого обобщения
в себе не несет и поэтому к
мысли не относится.
В
свою очередь есть виды мышления, которые
не связаны с речью, например, наглядно-действенное,
или практическое, мышление у животных.
У маленьких детей и у высших
животных обнаруживаются своеобразные
средства коммуникации, не связанные
с мышлением. Это выразительные
движения, жесты, мимика, отражающие внутренние
состояния живого существа, но не являющиеся
знаком или обобщением. В филогенезе
мышления и речи отчетливо вырисовывается
доречевая фаза в развитии интеллекта
и доинтеллектуальная фаза в развитии
речи.
Л.
С. Выготский полагал, что в возрасте
примерно около 2 лет, в отношениях между
мышлением и речью наступает
критический переломный момент: речь
начинает становиться интеллектуализированной,
а мышление - речевым.
Нельзя
отрывать мышление и речь друг от друга.
Речь – не просто внешняя одежда
мысли, которую она сбрасывает или
одевает, не изменяя этим своего существа.
Речь, слово служат не только для
того, чтобы выразить, вынести во
вне, передать другому уже готовую без
речи мысль. В речи мы формулируем мысль,
но, формулируя ее, мы сплошь и рядом ее
формируем. Речь здесь нечто большее, чем
внешнее орудие мысли; она включается
в самый процесс мышления как форма, связанная
с его содержанием. Создавая речевую форму,
мышление само формируется. Мышление и
речь, не отожествляясь, включаются в единство
одного процесса. Мышление в речи не только
выражается, но по большей части оно в
речи и совершается.
Существенно
отличны между собой, и притом также по
своему отношению к мышлению, внешняя,
громкая устная речь и речь внутренняя,
которой мы по преимуществу пользуемся,
когда, мысля про себя, мы отливаем наши
мысли в словесные формулировки.
2.
Внешняя речь
Внешняя
речь
- система используемых человеком
звуковых сигналов, письменных знаков
и символов для передачи информации, процесс
материализации мысли.
Внешней
речи могут быть присущи жаргон и
интонация. Жаргон
- стилистические
особенности (лексические, фразеологические)
языка узкой социальной или профессиональной
группы людей. Интонация
- совокупность
элементов речи (мелодика, ритм, темп, интенсивность,
акцентный строй, тембр и др.), фонетически
организующих речь и являющихся средством
выражения различных значений, их эмоциональной
окраски.
Внешняя
речь включает следующие
виды
:
- устную (диалогическую
и монологическую)
письменную
Диалог - вид речи, заключающийся в попеременном обмене знаковой информацией (в том числе и паузами, молчанием, жестами) двух и более субъектов. Диалогическая речь - это разговор, в котором участвует не менее двух собеседников. Диалогическая речь, психологически наиболее простая и естественная форма речи, возникает при непосредственном общении двух или нескольких собеседников и состоит в основном в обмене репликами.
Реплика - ответ, возражение, замечание на слова собеседника - отличается краткостью, наличием вопросительных и побудительных предложений, синтаксически не развернутых конструкций.
Отличительной чертой диалога является эмоциональный контакт говорящих, их воздействие друг на друга мимикой, жестами, интонацией и тембром голоса.
Диалог поддерживается собеседниками с помощью уточняющих вопросов, изменения ситуации и намерений говорящих. Целенаправленный диалог, связанный одной темой, называется беседой. Участники беседы обсуждают или выясняют определенную проблему с помощью специально подобранных вопросов.
Монолог – вид речи, имеющий одного субъекта и представляющий собой сложное синтаксическое целое, в структурном отношении совсем не связанный с речью собеседника. Монологическая речь - это речь одного человека, в течение относительно длительного времени излагающего свои мысли, или последовательное связное изложение одним лицом системы знаний.
Для монологической речи характерны:
- последовательность и доказательность, которые обеспечивают связность мысли;
- грамматически правильное оформление;
- выразительность голосовых средств.
Монологическая речь сложнее диалога по содержанию и языковому оформлению и всегда предполагает достаточно высокий уровень речевого развития говорящего.
Выделяются три основных вида монологической речи: повествование (рассказ, сообщение), описание и рассуждение, которые, в свою очередь, подразделяются на подвиды, имеющие свои языковые, композиционные и интонационно-выразительные особенности. При дефектах речи монологическая речь нарушается в большей степени, чем диалогическая.
Письменная речь - это графически оформленная речь, организованная на основе буквенных изображений. Она обращена к широкому кругу читателей, лишена ситуативности и предполагает углубленные навыки звукобуквенного анализа, умение логически и грамматически правильно передавать свои мысли, анализировать написанное и совершенствовать форму выражения.
Полноценное усвоение письма и письменной речи тесно связано с уровнем развития устной речи. В период овладения устной речью у ребенка-дошкольника происходят неосознанная обработка языкового материала, накопление звуковых и морфологических обобщений, которые создают готовность к овладению письмом в школьном возрасте. При недоразвитии речи, как правило, возникают нарушения письма различной тяжести.
3.
Внутренняя речь
Внутренняя
речь отличается от внешней не только
тем внешним признаком, что она не сопровождается
громкими звуками, что она – "речь минус
звук". Внутренняя речь отлична от внешней
и по своей функции. Выполняя иную функцию,
чем внешняя речь, она в некоторых отношениях
отличается от нее также по своей структуре;
протекая в иных условиях, она в целом
подвергается некоторому преобразованию.
Не предназначенная для другого, внутренняя
речь допускает "короткие замыкания";
она часто эллиптична, в ней пропускается
то, что для пользующегося ею представляется
само собой разумеющимся. Иногда она предикативна:
намечает, что утверждается, при этом опускается
как само собой разумеющееся, как известное
то, о чем идет речь; часто она строится
по типу конспекта или даже оглавления,
когда намечается как бы тематика мысли,
то, о чем идет речь, и опускается как известное
то, что должно быть сказано.
А.
Н. Соколов показал, что в процессе
мышления внутренняя речь представляет
собой активный артикуляционный, несознаваемый
процесс, беспрепятственное течение
которого очень важно для реализации
тех психологических функций, в
которых внутренняя речь принимает
участие. В результате его опытов со взрослыми,
где в процессе восприятия текста или
решения арифметической задачи им предлагалось
одновременно вслух читать хорошо выученные
стихи или произносить одни и те же простые
слоги (например, "ба-ба" или "ля-ля"),
было установлено, что как восприятие
текстов, так и решение умственных задач
серьезно затрудняются при отсутствии
внутренней речи. При восприятии текстов
в данном случае запоминались лишь отдельные
слова, а их смысл не улавливался. Это означает,
что мышление в ходе чтения присутствует
и обязательно предполагает внутреннюю,
скрытую от сознания работу артикуляционного
аппарата, переводящего воспринимаемые
значения в смыслы, из которых, собственно,
и состоит внутренняя речь.
Еще
более показательными, чем со взрослыми
испытуемыми, оказались подобные опыты,
проведенные с младшими школьниками. У
них даже простая механическая задержка
артикуляции в процессе умственной работы
(зажимание языка зубами) вызывала серьезные
затруднения в чтении и понимании текста
и приводила к грубым ошибкам в письме.
Письменный
текст
- это наиболее развернутое речевое
высказывание, предполагающее весьма
длительный и сложный путь умственной
работы по переводу смысла в значение.
На практике этот перевод, как показал
А. Н. Соколов, также осуществляется с помощью
скрытого от сознательного контроля активного
процесса, связанного с работой артикуляционного
аппарата.
Промежуточное
положение между внешней и
внутренней речью занимает эгоцентрическая
речь. Это речь, направленная не на партнера
по общению, а на себя, не рассчитанная
и не предполагающая какой-либо обратной
реакции со стороны другого человека,
присутствующего в данный момент
и находящегося рядом с говорящим.
Эта речь особенно заметна у детей среднего
дошкольного возраста, когда они играют
и как бы разговаривают сами с собой в
процессе игры.
Элементы
этой речи можно встретить и у
взрослого, который, решая сложную
интеллектуальную задачу, размышляя
вслух, произносит в процессе работы
какие-то фразы, понятные только ему
самому, по-видимому, обращенные к другому,
но не предполагающие обязательного ответа
с его стороны. Эгоцентрическая речь -
это речь-размышление, обслуживающая не
столько общение, сколько само мышление.
Она выступает как внешняя по форме и внутренняя
по своей психологической функции. Имея
свои исходные корни во внешней диалогической
речи, она в конечном счете перерастает
во внутреннюю. При возникновении затруднений
в деятельности человека активность его
эгоцентрической речи возрастает.
При
переходе внешней речи во внутреннюю
эгоцентрическая речь постепенно исчезает.
На убывание ее внешних проявлений следует
смотреть, как считал Л. С. Выготский, как
на усиливающуюся абстракцию мысли от
звуковой стороны речи, что свойственно
речи внутренней.
Выступая
в качестве внутренней речи, речь как
бы отказывается от выполнения первичной
функции, ее породившей: она перестает
непосредственно служить средством
сообщения, для того чтобы стать
прежде всего формой внутренней работы
мысли. Не служа целям сообщения,
внутренняя речь, однако, как и всякая
речь, социальна. Она социальна, во-первых,
генетически, по своему происхождению:
"внутренняя" речь несомненно производная
форма от речи "внешней". Протекая
в иных условиях, она имеет видоизмененную
структуру; но и ее видоизмененная структура
носит на себе явные следы социального
происхождения. Внутренняя речь и протекающие
в форме внутренней речи словесное, дискурсивное
мышление отображают структуру речи, сложившуюся
в процессе общения.
и т.д.................
различные виды использования языка - вернее, значений языковых - вне процесса реальной коммуникации; скрытая речевая активность - вербализация, сопровождающая процесс мышления. В онтогенезе она формируется в процессе интериоризации речи внешней. Ее проявления особенно явны в условиях повышенного умственного напряжения - при решении различных задач, мысленном планировании, чтении текстов "про себя", при заучивании и припоминании. На плане речи внутренней выполняется логическое упорядочение воспринимаемой информации, ее включение в определенную систему понятий; проводится самоинструктирование; анализируются свои действия и переживания.
По своей логико7грамматической структуре, существенно определяемой содержанием мысли, речь внутренняя представляет собой обобщенные семантические комплексы, состоящие из фрагментов слов и фраз, в группировке с различными наглядными образами и условными знаками. При встрече субъектом затруднений или противоречий его речь внутренняя становится более развернутой и может переходить в монолог внутренний, в речь шепотную или громкую речь, кои проще контролируются логически и социально.
С помощью речи внутренней происходит логическая перестройка чувственных данных, их осознание и мотивация в определенной системе понятий и суждений. Она - весьма сложное явление, где мысль и язык связываются в неразрывный комплекс, действующий как речевой механизм мышления. Благодаря ей словесно выражаются процессы восприятия мира, действий и переживаний личности, формируются ее установки и отношения к миру, развивается способность к саморегулированию поведения.
Выделяются три основных типа речи внутренней:
1) проговаривание внутреннее - "речь про себя", сохраняющая структуру речи внешней, но лишенная фонации (произнесения звуков); типична для решения задач мыслительных в затрудненных условиях;
2) собственно речь внутренняя, когда она выступает как средство мышления, пользуется специфическими единицами (код образов и схем, код предметный, значения предметные) и имеет специфическую структуру, отличную от структуры речи внешней;
3) программирование внутреннее - формирование и закрепление в специфических единицах замысла (типа, программы) речевого высказывания, целого текста и его содержательных частей.
ВНУТРЕННЯЯ РЕЧЬ
англ. implicit speech, inner speech, covert speech) - беззвучная речь, скрытая вербализация, возникающая, напр., в процессе мышления. Является производной формой внешней (звуковой) речи, специально приспособленной к выполнению мыслительных операций в уме. В наиболее отчетливой форме представлена при решении различных задач в уме, внимательном слушании речи др. людей, чтении про себя, мысленном планировании, запоминании и припоминании. Посредством В. р. происходит логическая переработка сенсорных данных, их осознание и понимание в определенной системе понятий, даются самоинструкции при выполнении произвольных действий, осуществляется самоанализ и самооценка своих поступков и переживаний. Все это делает В. р. весьма важным и универсальным механизмом умственной деятельности и сознания человека. В более узком, психолингвистическом смысле В. р. - начальный момент порождения речевого высказывания, его "внутреннее программирование" до реализации в устной или письменной речи.
Генезис В. р. недостаточно изучен. По предположению Л. С. Выготского (1932,1934), она возникает из эгоцентрической речи - разговора ребенка с самим собой вслух во время игры и др. занятий, который постепенно обеззвучивается и синтаксически редуцируется, становится все более сокращенным, идиоматическим и предикативным, с преобладанием в нем глагольных форм и, в конце концов, на пороге школьного возраста превращается во В. р. - речь "про себя и для себя", причем ее осознание и совершенствование происходит под влиянием письменной речи, развивающейся уже в школьном возрасте. По предположению П. П. Блонского (1935), В. р. возникает одновременно с внешней речью в результате беззвучного повторения ребенком обращенных к нему слов взрослых, что наблюдается уже в конце 1-го г. жизни.
Логико-грамматическая структура развитых форм В. р. м. б. весьма различной в зависимости от содержания мысли и порождающей ее ситуации. Обычно во В. р. мысль выражается очень обобщенно в виде семантических комплексов, состоящих из фрагментов слов и фраз, к которым могут присоединяться различные наглядные образы и условные знаки, превращающие В. р. в индивидуальный код, отличный от устной и письменной речи. Однако в момент мыслительных затруднений В. р. становится более развернутой, приближающейся к внутренним монологам, и может переходить в шепотную и даже в громкую речь, что позволяет более точно анализировать объекты мысли и контролировать свою мыслительную деятельность.
Психофизиологические исследования В. р. весьма затруднены из-за скрытого характера всех ее процессов. Наиболее изучен ее речедвигательный компонент - зачаточная артикуляция слов, сопровождающаяся микродвижениями речевых органов (языка, губ, гортани) или повышением тонуса их мускулатуры (см. Речи органы). По данным электромиографических исследований (см. Электромиография), при мыслительной деятельности выявляются 2 вида речедвигательных реакций: тонические (низкоамплитудные) и фазические (высокоамплитудные с кратковременными вспышками речедвигательных потенциалов). Первые, по-видимому, связаны с общей активизацией речедвигательного анализатора, вторые - с микродвижениями речевых органов при скрытой артикуляции слов. Интенсивность и длительность речедвигательных реакций весьма нестабильна и зависит от многих факторов: трудности и новизны решаемых задач, степени автоматизации мыслительных операции, включения в мыслительную деятельность тех или иных образов, индивидуальных особенностей памяти и мышления. При повторении одних и тех же умственных действий речедвигательная импульсация уменьшается или полностью прекращается, возобновляясь лишь в момент перехода от одних умственных действий к др. При скрытой артикуляции слов максимальная ЭЭГ активация мозга наблюдается в левой сенсомоторной области на границе между лобным и височным речевым центрами. Эти исследования позволяют предполагать, что основная физиологическая функция скрытой артикуляции при мыслительной деятельности заключается в речедвигательной (проприоцептивной) активации мозга и образовании в его речевых отделах речедвигательных доминант, интегрирующих импульсы др. анализаторов мозга в единую функциональную систему, которая может произвольно регулироваться посредством кинестезии В. р. (см. Кинестезии речевые) 44и таким путем осуществлять анализ поступающей в мозг информации, ее отбор, фиксирование, обобщение и др. операции мышления. См. Виды речи, Развитие речи детей.
Внутренняя речь
Специфика. Скрытая вербализация, сопровождающая процесс мышления. Ее проявления наиболее явны при мысленном решении различных задач и планировании, внимательном слушании речи других людей, чтении текстов про себя, при заучивании и припоминании. В плане внутренней речи осуществляется логическое упорядочивание воспринимаемых данных, включение их в определенную систему понятий, проводится самоинструктирование, осуществляется анализ своих действий и переживаний. По своей логико-грамматической структуре, существенно определяющейся содержанием мысли, внутренняя речь представляет собой обобщенные семантические комплексы, состоящие из фрагментов слов и фраз, с которыми группируются различные наглядные образы и условные знаки. При столкновении с затруднениями или противоречиями внутренняя речь приобретает более развернутый характер и может переходить во внутренний монолог, в шепотную или громкую речь, в отношении которых проще осуществлять логический и социальный контроль.
Литература. Выготский Л.С. Мышление и речь // Собрание сочинений. В 6-ти тт. Т. 2, М.: Педагогика, 1982
Речь внутренняя
Речевая деятельность, участвующая в процессах мышления и памяти, но не предназначенная для непосредственного общения с другими людьми. Внешне она лишь иногда проявляется микродвижениями речедвигательного и мимического аппаратов.
Внутренняя речь
особая, неосознаваемая, Автоматически действующая форма речи, которой человек пользуется, размышляя над решением разных словесно- логических задач. Внутренняя речь является производной от внешней речи и представляет собой мысль, не выраженную в произнесенном или написанном слове.
Речь внутренняя
речь, используемая в процессах мышления, «речь минус звук» (Рубинштейн, 1946), не имеющая обычно законченной, словесно завершенной структуры, как это свойственно внешней речи. Предполагается, что внутренняя речь наиболее тесно связана с процессами мышления. В вербальных галлюцинациях представлена, вероятно, именно эта форма речи.
Речь внутренняя
понятие, относящееся к скрытым процессам, связанным у слушающего человека с восприятием и пониманием звучащей речи, а у говорящего - с подготовкой будущего высказывания и «внутр. говорением» без произнесения слов вовне. Среди специалистов существует кардинальное различие в понимании термина Р. в. Нек-рые из них сосредоточиваются на локальном феномене «внутр. говорения», другие обращаются к более широкому контексту, относя к Р. в. круг процессов, связанных с подготовкой будущего высказывания, восприятием слышимой речи, внутр. переработкой, структурированием и хранением речевой информации. Р. в. как внутр. говорение изучал Л. С. Выготский, ее характеристики он выводил из особенностей наблюдаемого у детей феномена - эгоцентрической речи. К особенностям Р. в. относились отрывочность, фрагментарность, сокращенность, непонятность вне ситуации, предикативность (преобладание предикатов), семантическая насыщенность, что давало основание сближать Р. в. с мыслительными процессами. Эта позиция дала толчок для экспериментального развития темы связи Р. в. с мышлением. Проводилась регистрация микродвижений речевых органов (языка, губ, гортани) во время выполнения человеком разных видов мыслительных операций: решения задач разной степени сложности, чтения про себя и т. п. Исследования позволили предположить, что осн. функция скрытой артикуляции при мыслительном процессе заключается в активации мозга и формировании речедвигательных доминант, способствующих осуществлению акта мышления. Др. взгляд на понятие Р. в. развил Б. Г. Ананьев, считая ее особым состоянием, предшествующим говорению. Она строится, полагал ученый, на основе сенсорно-моторных механизмов, включающих слушание и восприятие речи, говорение, зрительные впечатления и проходит 3 фазы: установку на наречение; процесс наречения, использующий предикативные и субстантивные структуры; указательные определения места нареченной мысли в суждении и умозаключении. Понятия внутр. речь и внутр. говорение, по Ананьеву, не тождественны друг другу. Р. в. получила характеристику субъективного языка-посредника, с помощью к-рого замысел переводится во внеш. речь, у Н. И. Жинкина. Она функционирует как сжатый отрезок теста, сгусток к-рого хранится в долговременной памяти. В процессах Р. в. используются элементы универсального предметного кода (УПК), связывающего мышление, речь и действительность. В рамках психолингвистического направления Р. в. рассматривается в контексте разработки психолингвистической модели речепорождения. По мнению А. А. Леонтьева, в процесс порождения включены субъект, предикат и объект. Складываясь из смысловых «вех», программа в той мере содержит смысловые корреляты особенно важных для высказывания компонентов, в какой их взаимоотношение существенно для понимания. Понятие Р. в. разрабатывается также в контексте обобщенной модели речеязыкового механизма. В модели с использованием данных эмпирических исследований описаны осн. блоки внутреннеречевого механизма в нервной системе человека: структуры долговременного хранения следов впечатлений, возникающих в связи с каждым словом («логогены»); «вербальная сеть», реализующая объединенность слов в единую систему; морфологический блок (морфемные и фонетические элементы); грамматические и текстовые стереотипы; блоки функционирования артикуляции и слуховой перцепции, а также динамические процессы, протекающие с включением этих структур. Разработаны подходы к характеристике связи внутреннеречевого процесса с мозговыми структурами. Данный аспект исследования Р. в. лежит в русле совр. когнитивно ориентированных психолингвистических разработок. Лит.: Выготский Л. С. Мышление и речь. Избраннные психологические исследования. М., 1956; Жинкин Н. И. Речь как проводник информации. М., 1982; Леонтьев А. А. Основы психолингвистики. М., 1999; Соколов А. Н. Внутренняя речь и мышление. М., 1968; Ушакова Т. Н. Речь: истоки и принципы развития. М., 2004. Т. Н. Ушакова
Министерство транспорта Российской Федерации
Федеральное образовательное учреждение высшего профессионального образования
Ульяновское высшее авиационное училище гражданской авиации (институт)
Понятие внутренней речи
Выполнил: с-т Редькин А.С.
гр М 3.1 -09-1
Проверила Алексеева Т.Г.
Ульяновск 2010г.
введение 3
1. Формирование и структура внутренней речи 5
2. Строение внутренней речи 10
заключение 12
Список литературы 14
введение
В условиях спонтанной устной речи сознательный выбор и оценка используемых в ней языковых средств сведены до минимума, в то время как в письменной речи и в подготовленной устной речи занимают значительное место. Различные виды и формы речи строятся по специфическим закономерностям (например, разговорная речь допускает значительные отклонения от грамматической системы языка, особое место занимает логическая и тем более художественная речь). Речь изучается не только психологией речи, но и психолингвистикой, физиологией речи, лингвистикой, семиотикой и другими науками.
Соответственно множеству своих функций речь является полиморфной деятельностью, т.е. в своих различных функциональных назначениях представлена в разных формах и видах. В психологии в основном различают две формы речи:
Внешнюю;
Внутреннюю.
Внутренняя речь является необходимым этапом подготовки к внешней, развернутой речи. Для того чтобы перевести симультанную семантическую запись в сукцессивно организованный процесс речевого высказывания, необходимо, чтобы она прошла специальный этап -- этап внутренней речи.
На этом этапе внутренний смысл переводится в систему развернутых синтаксически организованных речевых значений, симультанная схема "семантической записи" перекодируется в организованную структуру будущего развернутого, синтаксического высказывания.
Этот процесс перевода исходного замысла или мысли в плавный сукцессивный процесс речевого высказывания совершается не сразу. Он требует сложного перекодирования исходной семантической записи в речевые синтагматические схемы, и именно поэтому Л.С. Выготский говорил о том, что мысль не воплощается в слове, а совершается в слове. Решающую роль в этом процессе играет внутренняя речь.
Внутренняя речь (речь "про себя") - это речь, лишенная звукового оформления и протекающая с использованием языковых значений, но вне коммуникативной функции; внутреннее проговаривание. Внутренняя речь - это речь, не выполняющая функции общения, а лишь обслуживающая процесс мышления конкретного человека. Она отличается по своей структуре свернутостью, отсутствием второстепенных членов предложения. Внутренняя речь может характеризоваться предикативностью.
Предикативность - характеристика внутренней речи, выражающаяся в отсутствии в ней слов, представляющих субъект (подлежащее), и присутствии только слов, относящихся к предикату (сказуемому).
Роль внутренней речи как существенного звена в порождении речевого высказывания была подробно освещена такими авторами, как С.Д. Кацнельсон (1970, 1972), А.А. Леонтьев (1974), А.Н.Соколов (1962), Т.В.Ахутина (1975) и др.
1. Формирование и структура внутренней речи
Известно, что внутренняя речь возникает у ребенка в тот момент, когда он начинает испытывать определенные затруднения, когда возникает необходимость решить ту или другую интеллектуальную задачу. Известно далее, что эта внутренняя речь появляется относительно поздно из ранее развернутой внешней речи, на первых этапах обращенной к собеседнику, а на дальнейших этапах обращенной к самому себе. Формирование внутренней речи претерпевает ряд этапов; она возникает путем перехода внешней речи сначала во фрагментарную внешнюю, затем в шепотную речь и лишь после этого, наконец, становится речью для себя, приобретая свернутый характер.
Известно, что по своему морфологическому строению внутренняя речь резко отличается от внешней: она имеет свернутый, аморфный характер, а по своей функциональной характеристике является прежде всего предикативным образованием. Предикативный характер внутренней речи и является основой для перевода исходного "замысла" в будущее развернутое, синтагматически построенное речевое высказывание. Внутренняя речь включает в свой состав лишь отдельные слова и их потенциальные связи. Так, если во внутренней речи есть слово "купить", то это означает, что одновременно во внутреннюю речь включены все "валентности" этого слова: "купить что-то", "купить у кого-то" и т.д.; если во внутренней речи фигурирует предикат "одолжить", это означает, что у этого предиката сохраняются и все свойственные ему связи (одолжить "у кого-то", "что-то", "кому-то" и "на какое-то время"). Именно эта сохранность потенциальных связей элементов или "узлов" первичной семантической записи, имеющихся во внутренней речи, и служит основой развернутого речевого высказывания, которое формируется на ее основе. Следовательно, свернутая внутренняя речь сохраняет возможность вновь развертываться и превращаться в синтагматически организованную внешнюю речь.
При некоторых мозговых поражениях внутренняя речь страдает, и те потенциальные лексические функции, которые связаны с входящими в нее фрагментами, распадаются. Тогда исходный замысел не может перейти в плавное, синтаксически организованное, развернутое речевое высказывание, и возникает "динамическая афазия". Больной, легко повторяющий предъявленные ему слова, вместо развернутого связного высказывания ограничивается называнием отдельных слов. Об этом нарушении, которое носит название "телеграфного стиля", мы еще будем говорить особо.
Однако в конце 20-х годов XX века работами Л.С. Выготского в учение о "внутренней речи" были внесены коренные изменения. Исходными для анализа формирования внутренней речи и той роли, которую она играет в поведении ребенка, послужили известные наблюдения Л. С. Выготского над поведением ребенка 3-- 5 лет в ситуации, когда он встречается с затруднениями при выполнении какого-нибудь задания. Ребенку, например, нужно свести рисунок через наложенную на него папиросную бумагу или обвести его цветным карандашом. Если выполнение этой задачи встречало препятствие (например, экспериментатор незаметно удалял кнопку, которой была приколота калька к сводимому ребенком рисунку) и перед ребенком, следовательно, возникало затруднение, он начинал говорить. Эта речь ребенка, казалось бы, не была обращена к посторонним людям. Он говорил даже тогда, когда в комнате никого не было. Иногда ребенок обращался к экспериментатору с просьбой помочь ему, иногда он как бы описывал возникшую ситуацию, спрашивая себя, как ему выполнить эту задачу. Типичными для ребенка в этой ситуации были такие высказывания: "Что же делать? Вот бумага скользит, а ведь кнопочки-то нет, что же делать, как мне ее прикрепить?" и т.д.
Таким образом, речь ребенка сначала описывала затруднения, а затем планировала возможный выход из них. Иногда ребенок начинал фантазировать, сталкиваясь с подобной задачей, и пытался разрешить ее в речевом плане.
Подобная не обращенная к взрослому речь ребенка была известна и до Л.С. Выготского. Она описана такими крупными психологами, как Жан Пиаже, под названием "эгоцентрическая речь", ибо эта речь не обращена к другим людям, не коммуникативна, а является как бы речью для себя. Было показано, что сначала эта речь носит развернутый характер, затем у детей более старшего возраста она постепенно сокращается, превращаясь в шепотную речь. На дальнейшем этапе (через год-два) внешняя речь вообще исчезает, остаются только сокращенные движения губ, по которым можно догадаться, что эта речь "вросла" внутрь, "интериозировалась" и превратилась в так называемую "внутреннюю речь". Много лет спустя после опытов Л.С. Выготского в целом ряде экспериментов, к которым, в частности, относятся и эксперименты А.Н. Соколова (1962), доказана связь внутренней речи и движений языка и гортани. Методом регистрации скрытых движений речевого аппарата было установлено, что при затруднении в решении задач у взрослых и детей можно зарегистрировать слабо выраженные электромиографические реакции речевой мускулатуры, говорящие о повышении активности речевой моторики во время выполнения интеллектуальных задач.
Таким образом, факты свидетельствуют, что такая "эгоцентрическая речь", не обращенная к собеседнику, возникает при каждом затруднении; вначале она носит развернутый характер, описывая ситуацию и планируя возможный выход из этой ситуации; с переходом к следующим возрастам она постепенно сокращается, становится шепотной, а затем и совсем исчезает, превращаясь во внутреннюю речь.
Выдающийся швейцарский психолог Ж. Пиаже, оценивая роль внутренней речи, охарактеризовал эти факты в соответствии со своей теорией, согласно которой ребенок рождается аутистическим существом, маленьким отшельником, который живет сам по себе, мало общаясь с внешним миром. Первоначально ребенку свойственна аутистическая, или эгоцентрическая речь, направленная на самого себя, а не на общение со сверстниками или взрослыми. Лишь постепенно, по мнению Пиаже, поведение ребенка начинает социализироваться, а вместе с ним социализируется и речь, постепенно превращаясь в речь как средство общения или коммуникации. Таким образом, Пиаже рассматривал эгоцентрическую речь ребенка как отзвук детского аутизма, эгоцентризма, а исчезновение этой эгоцентрической речи относил за счет социализации его поведения.
Л.С. Выготский в трактовке внутренней речи исходил из совершенно обратных позиций. Он считал, что предположение об аутистическом характере самых ранних периодов развития ребенка ложно в самой основе, что ребенок с рождения является социальным существом; сначала он связан с матерью физически, затем биологически, но с самого рождения он связан с матерью социально; эта социальная связь с матерью проявляется в том, что мать общается с ребенком, обращается к нему с речью, обучает его выполнять ее указания, начиная с самого раннего возраста.
Согласно этому взгляду эволюция речи ребенка заключается вовсе не в том, что эгоцентрическая или аутистическая по функции речь ребенка переходит в социальную речь. Эволюция заключается в том, что если сначала ребенок адресует эту социальную речь взрослому, предлагая взрослому помочь ему, то затем, не получая помощи, он сам начинает анализировать ситуацию с помощью речи, пытаясь найти возможные выходы из нее, и, наконец, с помощью речи начинает планировать то, что он не может сделать с помощью непосредственного действия. Так, по мнению Л.С. Выготского, рождается интеллектуальная, а вместе с тем регулирующая поведение функция речи самого ребенка. Поэтому и динамика так называемой эгоцентрической речи, которая сначала носит развернутый характер, а затем постепенно свертывается и через шепотную речь переходит во внутреннюю речь, должна рассматриваться как формирование новых видов психической деятельности, связанных с возникновением новых -- интеллектуальной и регулирующей -- функций речи. Эта внутренняя речь ребенка полностью сохраняет свои анализирующие, планирующие и регулирующие функции, которые сначала были присущи речи взрослого, обращенной к ребенку, а затем осуществлялись с помощью развернутой речи самого ребенка.
Таким образом, по мнению Л.С. Выготского, при возникновении внутренней речи возникает сложное волевое действие как саморегулирующая система, осуществляемая с помощью собственной речи ребенка - сначала развернутой, затем свернутой.
За последние десятилетия эти положения Л.С. Выготского были подробно прослежены в экспериментах П.Я. Гальперина и его сотрудников (1959, 1975), показавших, что всякое интеллектуальное действие начинается как развернутое материальное или материализованное действие, иначе говоря как действие, опирающееся на развернутые внешние манипуляции с предметами. Затем человек начинает использовать собственную речь и интеллектуальное действие переходит на стадию развернутой речи. Лишь вслед за этим внешняя речь сокращается, становится внутренней и начинает принимать участие в организации тех сложных видов интеллектуальной деятельности, которые П.Я. Гальперин называет "умственными действиями". Умственные действия, являющиеся основой интеллектуальной деятельности человека, создаются на основе сначала развернутой, а затем сокращенной и свернутой речи.
Эти положения дают возможность подойти к решению важнейшего вопроса о внутреннем строении и происхождении волевого акта. Волевой акт начинает пониматься не как первично духовный акт и не как простой навык, а как опосредствованное по своему строению действие, опирающееся на речевые средства, причем под этим имеется в виду не только внешняя речь как средство общения, но и внутренняя речь как средство регуляции поведения. Все сказанное является совершенно новым решением одной из сложнейших проблем психологии - проблемы волевого акта. Оно позволяет нам подойти к волевому (и интеллектуальному) акту материалистически, как к процессу социальному по своему происхождению, опосредствованному по своему строению, где роль средства выполняет прежде всего внутренняя речь человека.
2. Строение внутренней речи
Внутренняя речь не является просто речью про себя, как думали психологи в течение нескольких поколений, считавшие, что внутренняя речь -- это та же внешняя речь, но с усеченным концом, без речевой моторики, что она представляет собой "проговаривание про себя", строящееся по тем же законам лексики, синтаксиса и семантики, что и внешняя речь.
Думать так было бы величайшей ошибкой. Подобное представление ошибочно хотя бы потому, что такая "речь про себя" была бы дублированием внешней речи. В подобном случае внутренняя речь протекала бы с той же скоростью, что и внешняя. Однако известно, что интеллектуальный акт, принятие решения, выбор нужного пути происходят довольно быстро, иногда буквально в десятые доли секунды. В этот краткий период никак нельзя проговорить про себя целую развернутую фразу и тем более целое рассуждение. Следовательно, внутренняя речь, выполняющая регулирующую или планирующую роль, имеет иное, чем внешняя, сокращенное строение. Это строение можно проследить, изучая путь превращения внешней речи во внутреннюю.
Вспомним, как строится речь ребенка, возникающая при любом затруднении. Сначала его планирующая речь носит полностью развернутый характер ("Бумажка-то скользит, как же мне сделать, чтобы она не скользила?"; "Где бы мне кнопочку достать?"; "Может быть, послюнить бумажку?" и т.п.). Затем она сокращается, становится фрагментарной, и тогда во внешней шепотной речи проявляются только обрывки этой ранее развернутой речи ("А вот бумажка-то... она скользит... а как же... вот бы кнопку..." или даже: "бумажка", "кнопка", "а как же").
Если внимательно проследить структуру речи, переходящей из внешней во внутреннюю, можно констатировать, во-первых, то, что она переходит из громкой в шепотную, а затем и во внутреннюю речь, во-вторых, что она сокращается, превращаясь из развернутой во фрагментарную и свернутую. Все это дает возможность предполагать, что внутренняя речь имеет совершенно другое строение, чем внешняя.
Характерной чертой внутренней речи является то, что она начинает становиться чисто предикативной речью.
Что это значит? Каждый человек, который пытается включить свою внутреннюю речь в процесс решения задачи, твердо знает, о чем идет речь, какая задача стоит перед ним. Значит, номинативная функция речи, указание на то, что именно имеется в виду, или, пользуясь термином современной лингвистики, что есть "тема" сообщения (лингвисты условно обозначают ее перевернутым знаком Т), уже включена во внутреннюю речь и не нуждается в специальном обозначении. Остается лишь вторая семантическая функция внутренней речи - обозначение того, что именно следует сказать о данной теме, что нового следует прибавить, какое именно действие следует выполнить и т.п.
Эта сторона речи фигурирует в лингвистике под термином "рема" (условно обозначается перевернутым знаком R). Таким образом, внутренняя речь по своей семантике никогда не обозначает предмет, никогда не носит строго номинативный характер, т.е. не содержит "подлежащего"; внутренняя речь указывает, что именно нужно выполнить, в какую сторону нужно направить действие. Иначе говоря, оставаясь свернутой и аморфной по своему строению, она всегда сохраняет свою предикативную функцию. Предикативный характер внутренней речи, обозначающий только план дальнейшего высказывания или план дальнейшего действия, по мере надобности может быть развернут, поскольку внутренняя речь произошла из развернутой внешней и данный процесс является обратимым. Если, например, я иду на лекцию с тем, чтобы рассказать о механизмах внутренней речи, то у меня имеется сокращенный план лекции в виде нескольких пунктов ("внутренняя речь", "эгоцентризм", "предикативность" и т.д.), обозначающих, что именно я хочу сказать об этом предмете (иначе говоря, носящих предикативный характер). Этот краткий план и позволяет перейти к развернутому внешнему высказыванию.
заключение
Речь внутренняя - различные виды использования языка (точнее, языковых значений) вне процесса реальной коммуникации. Выделяют три основных типа внутренней речи: а) внутреннее проговаривание - «речь про себя», сохраняющая структуру внешней речи, но лишенная фонации, т. е. произнесения звуков, и типичная для решения мыслительных задач в затрудненных условиях; б) собственно речь внутренняя, когда она выступает как средство мышления, пользуется специфическими единицами (код образов и схем, предметный код, предметные значения) и имеет специфическую структуру, отличную от структуры внешней речи: в) внутреннее программирование, т. с. формирование и закрепление в специфических единицах замысла (тина, программы) речевого высказывания, целого текста и его содержательных частей (А. Н. Соколов; И. И. Жинкин и др.). В онтогенезе внутренняя речь формируется в процессе интериоризации внешней речи.
Большинство современных психологов не считает, что внутренняя речь имеет такое же строение и такие же функции, как и развернутая внешняя речь. Под внутренней речью психология понимает существенный переходный этап между замыслом (или мыслью) и развернутой внешней речью . Механизм, который позволяет перекодировать общий смысл в речевое высказывание, придает этому замыслу речевую форму. В этом смысле внутренняя речь порождает (интегрирует) развернутое речевое высказывание, включающее исходный замысел в систему грамматических кодов языка.
Переходное место, занимаемое внутренней речью на пути от мысли к развернутому высказыванию, определяет основные черты, как ее функций, так и ее психологическую структуру. Внутренняя речь есть, прежде всего, не развернутое речевое высказывание, а лишь подготовительная стадия, предшествующая такому высказыванию; она направлена не на слушающего, а на самого себя, на перевод в речевой план той схемы, которая была до этого лишь общим содержанием замысла. Это содержание уже известно говорящему в общих чертах, потому что он уже знает, что именно хочет сказать, но не определил в какой форме и в каких речевых структурах сможет его воплотить.
Внутренняя речь является существенным звеном в процессе превращения исходного замысла или симультанной "семантической записи", смысл которой понятен лишь самому субъекту, в развернутую, протекающую во времени, синтагматически построенную систему значений.
В течение длительного времени внутренняя речь" понималась как речь, лишенная моторного конца, как "речь про себя". Предполагалось, что внутренняя речь в основном сохраняет структуру внешней речи; функция этой речи оставалась неясной.
Таким образом, внутренняя речь отличается от внешней не только тем внешним признаком, что она не сопровождается громкими звуками - "речь минус звук". Внутренняя речь отличается от внешней по своей функции (речь для себя). Выполняя иную функцию, чем внешняя (речь для других), она в некоторых отношениях отличается от нее также по своей структуре - она в целом подвергается некоторому преобразованию (сокращена, понятна только самому себе, предикативна и т.д.).
Список литературы
1. Петровский А.В., Ярошевский М.Г. Психология. / Учебник. М.: Academ A, 1998.
2. Слободчиков В.И., Исаев Е.И. Психология человека. - М.: "Школа-Пресс", 1995.
3. Данилова Н.Н. Психофизиология. Учебник для вузов. - М.: Аспект-Пресс, 1998.
4. Гомезо М.В., Домашенко И.А. Атлас по психологии: Информационно-методическое пособие по курсу "Психология человека". М.: Российское педагогическое агентство, 1998.
5. Леонтьев А.А. Основы психолингвистики: Учеб. для студентов ВУЗов, обучающихся по специальности "Психология". - М.: Смысл, 1997.
6. Филичева Т.Б., Чевелева Н.А., Чиркина Г.В. Основы логопедии. - М.: Изд-во "Просвещение", 1989.
7. Годфруа Ж. Что такое психология. - М.: Мир, т.1, 1992.
8. Крысько О.Р. Общая психология в схемах и комментариях к ним. - М.: Московский психолго-социальный институт, Изд-во "Флинта", 1998.
В лингвистике и психолингвистике различают явления внешней и внутренней речи.
Внешняя речь - эго речь, материально оформленная в звуках или графически, обращённая к собеседнику или аудитории.
Поэтому её часто характеризуют как речь «для других». Она имеет отчётливую языковую структуру, осуществляясь в форме слов и предложений, хотя в разных ситуациях общения степень её синтаксической оформленное™ может быть разной. Так, в живом диалоге (в спонтанной речи) возможны разрывы связности, неполнота и незавершённость предложений, логические «перескоки».
Внутренняя речь - это особая, материально не выраженная форма речемыслительной деятельности, речь «для себя» и «про себя».
Она постоянно присутствует в нашем сознании, когда мы просто думаем, или слушаем кого-либо, или читаем. Переход от внутренней речи к внешней (т.е. от мысли - к речи на ту же тему) нередко ощущается как затруднённость речевого оформления, казалось бы, ясной мысли. Уже это заставляет предполагать, что между внешней и внутренней речью существуют серьёзные различия.
Предварительно зададимся двумя вопросами:
- 1. Думаем ли мы при помощи языка?
- 2. Думаем ли мы при помощи слов?
На первый вопрос ответ будет, несомненно, положительным. Языковая форма мышления достаточно очевидна хотя бы потому, что человек, владеющий двумя или несколькими языками, обычно может сказать, на каком языке он думает всегда или в определённой ситуации. Показательный пример: выступая на вручении «Оскара», польский режиссёр Анджей Вайда начал свою речь по-английски, а потом извинился и перешёл на польский язык. Извинение звучало так: «Я буду говорить по-польски, так как хочу точнее выразить то, что я думаю и чувствую. А думаю я всегда по-польски». Об этом же говорят и необходимость «внутреннего перевода» на родной язык при чтении про себя текста на чужом языке, которым недостаточно свободно владеешь, и известная оценочная формула: «О// так хорошо знает английский (немецкий и т.п.)> что даже думает по-английски (по-немецки и т.п.)».
Однако второй вопрос (думаем ли мы при помощи слов?) может вызвать законные сомнения и тем самым породить новый вопрос: как же мы думаем? Так как внутренняя речь не имеет ощутимой материальной формы, протекая в нашем сознании в скрытых от непосредственного восприятия психофизических механизмах работы нейронов, её значительно труднее изучать, чем речь внешнюю. Даже если бы всё же удалось записать её, как мы записываем на магнитофон звучащую речь, она осталась бы для нас абсолютно непонятной.
Один из способов изучения внутренней речи - самонаблюдение, или интроспекция (от лат. introspecto - смотрю внутрь), но это не даёт необходимых результатов, так как наблюдать на самом себе можно только последнюю фазу мышления - развёрнутую фазу внутреннего проговариваиия, которая действительно отличается от внешней речи лишь отсутствием озвучивания (фонации) - т.е. это «речь минус звук». Попытайтесь проверить сказанное: вы обязательно начнёте рассуждать про себя. Однако очевидно, что чаще мы думаем как-то иначе. По как?
Можно утверждать, что когда мы начинаем думать о том, как мы думаем, мы начинаем думать не так (не совсем так), как мы обычно думаем. Поэтому для изучения внутренней речи необходимы специальные экспериментальные методы, которыми располагают современная психолингвистика и нейролингвистика и которые действительно позволили многое узнать о месте языка в нашем мышлении. В частности, чрезвычайно много даёт изучение становления речевых навыков ребёнка, а также различных нарушений речи, связанных с поражением коры головного мозга (предмет нейрофизиологии и нейропсихологии). В результате удалось экспериментально подтвердить и уточнить те качества внутренней речи, о которых задолго до появления современных психолингвистических методов писал в книге «Мышление и речь» (1934) известный русский психолог Л. С. Выготский, делавший свои выводы на основе наблюдений над ранней стадией формирования речи ребёнка - так называемой эгоцентрической детской речью (речью «для себя»).
Главные черты внутренней речи - это:
- а) фазовость;
- б) редуцированность;
- в) предикативность.
Фазовый характер внутренней речи как мыслительного процесса проявляется в её неоднородности на разных ступенях работы сознания. Выделяют обычно две фазы: редуцированную и развёрнутую (внутреннее проговаривание). Фаза внутреннего проговаривания, которая отличается, как уже было сказано, от внешней речи только отсутствием звучания и доступна самонаблюдению, может непосредственно предшествовать внешней речи (например, предварительное обдумывание ответа на экзамене или продумывание какого-то серьёзного разговора). Редуцированная фаза является более типичной для процесса мышления и одновременно более сложной. Дальше мы будем говорить именно об этой фазе.
Редуцированность внутренней речи ощущается человеком уже на уровне обиходного сознания. Задумаемся о сравнительной «мыслеёмкости» и «речеёмкости» какого-то отрезка времени, например секунды. Совершенно очевидно, что «мыслеёмкость» времени на много порядков выше, что запечатлено в выражениях «мысль мелькнула» (но не «речь мелькнула»!), «молниеносно вспомнил, представил и т.и. Экспериментально это доказывается для всех уровней языковой структуры: фонетического, лексического, синтаксического.
Па фонетическом уровне артикуляцию заменяют лишь импульсы, идущие от коры больших полушарий к соответствующим органам речи. Показательно, что ребёнку легче думать вслух, и читать он сначала научается вслух, и лишь потом - про себя, но при этом ещё долго продолжает шевелить губами. Наличие артикуляционных импульсов тем очевиднее, чем сложнее решаемая мыслительная задача. Это доказывается специальным экспериментом, в ходе которого записываются электрокимограммы движений мышц языка и нижней губы в процессе мышления, причём длина и плотность записанной волны прямо пропорциональна сложности мыслительной работы.
В эксперименте, проводимом А. Н. Соколовым, одному и тому же испытуемому, студенту К., предлагалось сначала извлечь квадратный корень из 190, а потом квадратный корень из 225. В нервом случае электрокимограмма - это три густо заполненные строки: испытуемый долго и напряженно думал, пытаясь вычислить корень из 190. Во втором случае - это короткая и почти ровная строка: испытуемый быстро вспомнил знакомое число «15» (см. рис. 10.1).
Рис. 10.1.
На I, II и III электрограммах зарегистрированы потенциалы мышц языка (а) и нижней губы (б) в момент извлечения в уме квадратного корня из 190 (с приближением до 0.1); на IV электрограмме - при извлечении в уме квадратного корня из 225. Испытуемый К., студент. Квадратный корень из 190 он вычислял, а квадратный корень из 225 «просто вспомнил».
На лексическом уровне степень редукции - и экономии времени - несравненно выше. Мы не думаем словами в полном понимании термина «слово». Во внутренней речи есть только намёки па немногие обобщающие слова, связанные с данной темой: являясь семантическими комплексами, они могут быть при желании развёрнуты. Именно благодаря тому, что мы мыслим не словами, а «сгустками мысли», «квантами», оказывается возможной внезапность и быстрота мысли => [Хр.: с. 433, Соколов]. При этом такие «внутренние слова» абсолютно лишены грамматической оформленности и во внешней речи могут реализоваться разными частями речи.
Чрезвычайно важно, что во внутренней речи значительное место занимают образы , представления, которые замещают слова и делают мысль очень ёмкой. Показателен в этом отношении ответ Альберта Эйнштейна на распространённую среди крупнейших учёных мира анкету «Как осуществляется ваше научное мышление»: «Слова, как они пишутся и произносятся, по-видимому, не имеют какой-либо роли в моём мышлении. В качестве элементов мышления выступают более или менее ясные знаки и образы физических реальностей. <...> Слова и другие символы я старательно ищу и нахожу на второй ступени, когда описанная игра ассоциаций уже установилась...» .
Обратим также внимание на фразу «игра ассоциаций». Для внутренней речи в рассматриваемой фазе важны не столько логические, сколько ассоциативные связи. Именно поэтому, думая, мы так легко «перескакиваем» с одной мысли, одной темы па другую, не всегда улавливая это «броуново движение» (метафора Б. М. Гаспарова) нашей мысли.
На синтаксическом уровне редуцированность внутренней речи проявляется в отсутствии законченных предложений. При этом в мысли упускается подлежащее, которое обозначает в предложении уже известное, но сохраняется смысловое сказуемое (не обязательно глагол!), в котором содержится зерно мысли, то новое, к чему мы, размышляя, двигаемся. Смысловое сказуемое иначе называется предикатом, поэтому и описанное свойство внутренней речи, вслед за Л. С. Выготским, называют предикативностью => [Хр.: с. 430, Выготский].
Пример ситуации
Приблизительное представление о внутренней речи, в частности о её ассоциативности и предикативности, можно получить по текстам литературы «потока сознания». Используем в качестве примера фрагмент размышлений героя романа «Мысли и сердце», принадлежащего перу знаменитого хирурга-кардиолога Николая Амосова, который много занимался также и проблемой мозга и сознания:
«Ноток мыслей... Краски осени - кармин, киноварь. Жёлтая. Какие жёлтые? Когда-то рисовал, покупал краски. Забыл. Да, охра. Конец сентября. [Ассоциативный переход]. И у меня осень. Через год - шестьдесят. Пожалуй, это уже октябрь. [ Второй - обратный - ассоциативный переход]. Листья жёлтые и даже зелёные есть, но уже неживые. Сухие. И редкие - видно небо через них». Живое течение мысли передастся короткими, в том числе односоставными и неполными предложениями, ассоциативными переключениями.
- Соколов Л. Н. Внутренняя речь и мышление. М., 1968. С. 27.